Судебная практика

По вопросу приемлемости жалобы N 74828/01 “Николай Александрович Кониболоцкий (Nikolay Aleksandrovich Konibolotskiy) против Российской Федерации“. Решение от 04 октября 2005 года. Международная организация.

Европейский суд по правам человека (Четвертая секция), заседая 4 октября 2005 г. Палатой в составе:

Касадеваля, Председателя Палаты,

Пелонпяя,

Марусте,

Ковлера,

Павловищи,

Дж. Боррего Боррего,

Дж. Шикуты, судей,

а также при участии М. О Бойла, Секретаря Секции Суда,

принимая во внимание жалобу, поданную 23 августа 2001 г.,

принимая во внимание решение о применении процедуры согласно пункту 3 статьи 29 Конвенции и об одновременном рассмотрении вопросов приемлемости и существа дела,

принимая во внимание доводы, представленные государством-ответчиком, и комментарии к ним, представленные заявителем,

заседая за закрытыми дверями,

вынес следующее Решение:

ФАКТЫ

Заявитель, Кониболоцкий Николай Александрович, гражданин Российской Федерации, 1952 года рождения, проживает в с. Курская, Курский район Ставропольского края. Власти Российской Федерации представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека Лаптевым П.А.



Обстоятельства дела, представленные сторонами, могут быть изложены следующим образом.

A. Разрешение судом спора заявителя

13 сентября 1994 г. Курский районный суд Ставропольского края расторг брак заявителя.

11 апреля 1996 г. заявитель подал иск о разделе дома общей площадью 64.6 кв. м. и другого имущества, приобретенного до развода. Ответчиком по иску выступала бывшая жена заявителя. 5 июня 1996 г. Курский районный суд Ставропольского края прекратил дело производством, поскольку заявитель отозвал свой иск в связи с достижением мирового соглашения с ответчиком. Заявитель не обжаловал определение о прекращении дела производством в кассационном порядке, но позднее, неустановленного числа, поскольку ответчик не выполнил условий мирового соглашения, добился пересмотра дела в порядке надзора - то есть воспользовался чрезвычайным средством правовой защиты, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

В ходе разбирательства дела в порядке надзора, 29 декабря 1997 г., президиум Ставропольского краевого суда отменил Определение от 5 июня 1996 г. ввиду допущенных процессуальных нарушений (заявителю не было разъяснено, что отзыв им иска лишит его права на новое обращение с тем же иском в будущем) и направил дело на новое рассмотрение в тот же суд.

Далее разбирательство дела несколько раз откладывалось: 17 февраля и 15 мая 1998 г. по ходатайству заявителя; 23 июля 1998 г. по ходатайству заявителя и 17 августа 1998 г. по причине неявки сторон.

23 сентября 1998 г. Курский районный суд Ставропольского края назначил экспертизу, целью которой было установление стоимости дома. Заключение экспертизы было получено 4 ноября 1998 г.

12 ноября 1998 г. судебное заседание было отложено по причине неявки сторон.

17 ноября 1998 г. производство по делу было приостановлено в связи с болезнью заявителя.

13 января 1999 г. Курский районный суд Ставропольского края отклонил требование заявителя о разделе дома и взыскал в его пользу с ответчика стоимость его доли дома. 14 мая 1999 г. судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда, рассмотрев кассационную жалобу заявителя, отменила Решение от 13 января 1999 г. в части, касающейся раздела дома, указав, что суд первой инстанции должен был изучить вопрос технической возможности физического раздела дома, после получения в случае необходимости заключения соответствующей экспертизы, и направил дело на новое рассмотрение в этой части.

21 июля 1999 г. Курский районный суд Ставропольского края назначил проведение еще одной экспертизы, целью которой было определение стоимости спорного дома и ремонтных работ, произведенных до расторжения брака. Заключение экспертизы было получено 28 марта 2000 г.

15 апреля и 23 мая 2000 г. рассмотрение дела откладывалось по причине неявки сторон.

11 июля 2000 г. Курский районный суд Ставропольского края присудил заявителю компенсацию за произведенный ремонт, отказав в удовлетворении остальных требований. 25 декабря 2000 г. заявитель обратился в суд с ходатайством о восстановлении срока кассационного обжалования Решения от 11 июля 2000 г. 27 декабря 2000 г. Курский районный суд Ставропольского края удовлетворил названное ходатайство. 30 марта 2001 г. судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда отменила Решение от 11 июля 2000 г., сославшись на отсутствие мотивов и ссылок на нормы материального и процессуального законодательства, и направила дело на новое рассмотрение в тот же суд.

20 апреля и 11 мая 2001 г. рассмотрение дела откладывалось по причине неявки сторон.

29 мая 2001 г. Курский районный суд Ставропольского края назначил проведение еще одной экспертизы, целью которой было определение возможности физического раздела дома, принимая во внимание право собственности заявителя на половину средств, затраченных на его ремонт. Заключение экспертизы было получено в июне 2001 г.



6 июля 2001 г. Курский районный суд Ставропольского края установил, что физический раздел дома невозможен и обязал ответчика выплатить заявителю денежную компенсацию его доли дома. Заявитель не обжаловал Решение от 6 июля 2001 г., и названное Решение вступило в силу 17 июля 2001 г.

B. Исполнительное производство

3 сентября 2001 г. служба судебных приставов установила, что у ответчика отсутствует имущество, на которое могло быть обращено взыскание. 14 сентября 2001 г. исполнительное производство было окончено, поскольку исполнительные документы были переданы в местные органы социальной защиты для осуществления вычетов из пенсии ответчика. Имеется справка местного органа социальной защиты от 25 декабря 2001 г., подтверждающая, что в целях исполнения Решения суда из пенсии ответчика на периодической основе производились вычеты.

Новое обращение в суд

Поскольку вычеты из пенсии ответчика были настолько малы, что делали нереальной перспективу скорого исполнения Решения суда, 24 января 2002 г. заявитель подал новый иск против ответчика, в котором снова требовал раздела дома. 18 февраля 2002 г. мировой судья судебного участка N 1 Кировского района Ставропольского края отказал заявителю в рассмотрении его иска, поскольку по существу его иск был аналогичен тому, в отношении которого было принято Решение от 6 июля 2001 г. 25 апреля 2002 г. Курский районный суд Ставропольского края, рассмотрев жалобу заявителя, оставил без изменения соответствующее определение мирового судьи судебного участка N 1 Кировского района Ставропольского края.

СУТЬ ЖАЛОБЫ

Заявитель, ссылаясь на статью 6 Конвенции, жаловался на длительность рассмотрения его дела.

Далее, ссылаясь на статью 3 Конвенции, он утверждал, что то, каким образом суды Российской Федерации рассматривали его дело, является бесчеловечным и унижающим достоинство обращением. Ссылаясь на статью 6 Конвенции, статью 1 Протокола N 1 к Конвенции и статью 5 Протокола N 7 к Конвенции, заявитель жаловался на результат рассмотрения его дела. В связи с Определением от 18 февраля 2002 г., оставленным без изменения 25 апреля 2002 г., заявитель жаловался на нарушение его права на доступ к суду согласно статье 6 Конвенции, его права не подвергаться дискриминации по признаку пола согласно статье 14 Конвенции, его имущественных прав согласно статье 1 Протокола N 1 к Конвенции.

ПРАВО

Заявитель утверждал, что продолжительность разбирательства его дела была несовместима с требованием “разумного срока“, предусмотренным статьей 6 Конвенции, которая в соответствующей части предусматривает:

“Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела в разумный срок... судом“

Власти Российской Федерации не согласились с этим утверждением. Они утверждали, что в ходе разбирательства суды Российской Федерации постановили семь решений, при этом со стороны судов не было периодов длительной бездеятельности. Неоднократные откладывания рассмотрения дела заявителя были обусловлены ходатайствами сторон и неявками заявителя в суд.

A. Период, подлежащий рассмотрению

Разбирательство дела заявителя началось 11 апреля 1996 г., когда заявитель подал иск в Курский районный суд Ставропольского края. Производство по гражданскому делу заявителя было окончено 5 июня 1996 г. и затем возобновлено 29 декабря 1997 г. При этом период времени, подпадающий ratione temporis под юрисдикцию Европейского суда, начался с 5 мая 1998 г., с даты вступления в силу Конвенции в отношении Российской Федерации. Разбирательство дела заявителя было окончено 6 июля 2001 г., в день постановки Курским районным судом Ставропольского края Решения по делу заявителя.

Разбирательство дела заявителя продолжалось примерно три года и восемь месяцев. Период времени с 5 июня 1996 г. по 29 декабря 1997 г. в течение которого производство по делу заявителя не велось исключается из рассмотрения (см. Решение Европейского суда по делу “Маркин против России“ (Markin v. Russia) от 16 сентября 2004 г., жалоба N 59502/00). Соответственно Европейский суд должен рассмотреть период времени продолжительностью три года два месяца и один день.

Европейский суд отмечает, что при оценке разумности продолжительности судебного разбирательства должно приниматься во внимание состояние разбирательства дела на момент вступления Конвенции в силу в отношении Договаривающегося государства (см., например, Постановление Европейского суда по делу “Билли против Италии“ (Billy v. Italy) от 26 февраля 1993 г., Series A, N 257-G, § 16). В связи с этим Европейский суд отмечает, что к 5 мая 1998 г. разбирательство дела заявителя уже длилось около шести месяцев.

B. Разумность продолжительности разбирательства дела

Европейский суд напоминает, что разумность продолжительности разбирательства дела должна оцениваться в свете обстоятельств дела и с учетом критериев, установленных прецедентным правом Европейского суда, в частности с учетом сложности дела, поведения заявителя и соответствующих властей и с учетом предмета спора заявителя (см. среди других авторитетных источников Постановление Европейского суда по делу “Фредлендер против Франции“ (Frydlender v. France), жалоба N 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).

Европейский суд полагает, что хотя дело заявителя и требовало проведения экспертизы для определения возможности физического раздела дома, оно не было особенно сложным. Предметом разбирательства были права заявителя на семейный дом, что без сомнения было важным для него.

Что касается поведения заявителя, то, по-видимому, его неявка на некоторые судебные заседания и его болезнь способствовали общему затягиванию разбирательства примерно на восемь месяцев.

Что касается поведения судебных властей, то дело рассматривалось дважды судами двух инстанций до постановки окончательного решения по делу. Европейский суд отмечает, что 30 марта 2001 г. дело было направлено на новое рассмотрение в Курский районный суд Ставропольского края, поскольку ранее постановленное названным судом Решение было признано необоснованным. Далее Европейский суд отмечает, что по делу не было никакого движения между 21 июля 1999 г. и 28 марта 2000 г. Европейский суд напоминает, что задержка на некоторой стадии разбирательства может считаться приемлемой, если общая продолжительность не может рассматриваться как чрезмерная (см., например, Постановление Европейского суда по делу “Претто и другие против Италии“ (Pretto and Others v. Italy) от 8 декабря 1983 г., Series A, N 71, p. 16, § 37). Европейский суд полагает, что, хотя названных случаев затягивания разбирательства дела возможно можно было избежать, они не являются таковыми, чтобы прийти к выводу о нарушении, с учетом общей продолжительности разбирательства в три года и два месяца и ответственности заявителя за некоторые случаи затягивания разбирательства.

Принимая во внимание изложенные выше соображения Европейский суд приходит к выводу, что настоящее дело не раскрывает каких-либо признаков нарушения требования “разумного срока“ по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции. Следовательно, жалоба в этой части является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и подлежит отклонению согласно пункту 4 статьи 35 Конвенции.

Наконец, Европейский суд изучил остальные жалобы, представленные заявителем. Однако, принимая во внимание все материалы, имеющиеся в его распоряжении, Европейский суд приходит к выводу, что эти жалобы не раскрывают каких-либо признаков нарушения прав и свобод, закрепленных Конвенцией и Протоколами к ней. Следовательно, жалоба в этой части подлежит отклонению как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО:

решил прекратить применение пункта 3 статьи 29 Конвенции;

объявил жалобу заявителя неприемлемой.

Председатель Палаты

Йозеп КАСАДЕВАЛЬ

Секретарь Секции Суда

Майкл О БОЙЛ