Судебная практика

Приговор за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни и повлекшего по неосторожности смерть, изменен: из назначенного наказания исключено указание на рецидив по правилу ст. 18 ч. 4 УК РФ.. Постановление от 26 сентября 2008 года № 44у-357-2008. Новосибирская область.

Президиум Новосибирского областного суда

в составе:

председательствующего Михайленко *.*.

членов президиума Приваловой *.*., Абрамова *.*., Билюковой *.*.,

Дроня *.*., Шибановой *.*., Шишко *.*.

рассмотрел в открытом судебном заседании надзорную жалобу осужденного К. на приговор Кировского районного суда г. Новосибирска от 29 декабря 2003 года, кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 16 февраля 2004 года в отношении К., не судимого,

осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 8 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение отменено.

В соответствии со ст. 70 УК РФ назначено по совокупности приговоров путем частичного присоединения не отбытого наказания по приговору Железнодорожного
районного суда г. Новосибирска от 16 октября 2002 года 9 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислен с 22 июня 2003 года.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 16 февраля 2004 года приговор суда изменен:

из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание суда о совершении преступления при рецидиве преступлений;

в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения не отбытого наказания по приговору суда от 16 октября 2002 года назначено 8 лет 1 месяц лишения свободы.

В остальной части приговор суда оставлен без изменения.

Постановлением судьи Новосибирского областного суда Левшаковой *.*. от 23 мая 2007 года в удовлетворении надзорной жалобы осужденного К. о пересмотре приговора отказано.

Постановлением председателя Новосибирского областного суда Михайленко *.*. от 11 сентября 2008 года постановление судьи областного суда отменено и возбуждено надзорное производство.

В надзорных жалобах осужденный К. просит приговор суда и кассационное определение изменить.

Заслушав доклад судьи областного суда Головкиной *.*., мнение зам. прокурора Новосибирской области, полагавшего судебные решения изменить, мнение потерпевшей Г., просившей надзорную жалобу осужденного оставить без удовлетворения, президиум

установил:

по приговору суда К. признан виновным и осужден за умышленное причинение М. путем нанесения удара ножом в область живота тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности
смерть потерпевшего.

Смерть наступила от колото-резаного ранения живота с повреждением сигмовидно-кишечной артерии, сопровождающейся обильным внутренним и наружным кровотечением, приведшим к малокровию организма.

Преступление совершено 22 июня 2003 года возле дома N 0 на ул. 00 в Кировском районе г. Новосибирска при установленных приговором суда обстоятельствах.

В судебном заседании К. вину признал частично.

В надзорных жалобах осужденный К просит приговор суда и кассационное определение изменить: принять во внимание, что деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 228 УК РФ, за которое он осужден по приговору суда от 16 октября 2002 года, декриминализировано в связи с принятием закона от 8 декабря 2003 года, и на момент постановления приговора суда от 29 декабря 2003 года он считается лицом ранее не судимым, а потому просит исключить указание суда о назначении наказания в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров.

Также он просит переквалифицировать его действия с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ, мотивируя тем, что выводы суда и судебной коллегии об умышленном причинении потерпевшему М. тяжкого ножевого ранения не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Потерпевший сам мог наткнуться на нож и под силой своего веса получить глубокое ранение. Суд отказал в удовлетворении ходатайства защиты о допросе свидетеля - очевидца П. и не дал
правильной оценки тому, что потерпевший и свидетели обвинения находились в нетрезвом состоянии и не могли правильно воспринимать происходящее.

Кроме того, в местах лишения свободы он заболел туберкулезом легких, и данное обстоятельство просит учесть смягчающим наказание, снизить срок наказания.

Президиум Новосибирского областного суда полагает, что надзорные жалобы осужденного К. частично подлежат удовлетворению.

Виновность К. в совершении преступления установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре, которым дан надлежащий анализ.

Доводы осужденного о неправильной квалификации его действий являются несостоятельными, поскольку противоречат материалам дела.

Как видно из показаний свидетеля Ш., они находились в трактире и пили пиво. Недалеко сидела группа парней нерусской национальности. М. пошел к бармену купить пиво, и он услышал фразу М. “не груби“. Потом нерусские парни ушли. Через 10-20 минут они тоже вышли на улицу и увидели ту же группу нерусских парней. М. пошел к ним, кто-то крикнул и он увидел, как М. стал падать на землю, а К. убегал. На животе у М. увидел рану.

Свидетель В. также пояснял, что в трактире между К. и М. возник спор. Потом на улице они опять встретились и заспорили, толкали друг друга. Затем М. схватился за бок и упал на землю. В боку у него была рана и бежала кровь. Он забежал
в трактир и вызвал скорую помощь. К. убежал, но вскоре был задержан сотрудниками милиции. Еще в трактире видел у К. складной нож с красной ручкой.

В соответствии с показаниями свидетеля Ш. на улице ссорились между собой две группы парней. Одного русского удерживали русские парни, а грузина удерживал другой грузин. Драки не было. Кто-то крикнул, и она увидела на земле русского парня, который мучился.

Свидетель Б. пояснял, что работал барменом в трактире, куда пришли группа русских парней и группа парней нерусской национальности. Русский парень заспорил о чем-то с К. Парни нерусской национальности стали громко говорить, нарушая покой, и директор попросил их уйти. Потом вышли и русские парни. Вскоре один русский парень забежал в трактир и попросил вызвать скорую помощь, так как нерусский парень порезал их парня.

Из показаний свидетеля Ю. следует, что при задержании у К. в руке был обнаружен нож, и рука его была в крови. К. не отрицал, что причинил ранение потерпевшему.

По заключению судебно-медицинской экспертизы длина раневого канала составляла около 8,5 см. Смерть М. наступила от колото-резаного ранения живота с повреждением сигмовидно-кишечной артерии, сопровождавшимся обильным внутренним и наружным кровотечением, приведшим к малокровию организма, и данное телесное повреждение является тяжким по признаку опасности для жизни.

Анализируя показания свидетелей и иные, собранные по делу, доказательства,
суд пришел к обоснованному выводу, что между М. и К. возникла ссора, в ходе которой К., имея личную неприязнь к М., с целью причинения тяжкого вреда здоровью нанес ему удар ножом в живот, и отверг доводы осужденного о причинении телесного повреждения в состоянии необходимой обороны.

Не соответствуют данным доказательствам и доводы К. о получении потерпевшим телесного повреждения в ситуации, когда тот мог наткнуться на нож и под силой своего веса получить столь глубокое ранение. Суд правомерно установил, что ранение в живот причинено М. именно вследствие нанесенного ему осужденным К. удара ножом, а не при тех обстоятельствах, на которые он ссылается в надзорной жалобе.

Оснований для признания действий К., связанных с нанесением удара ножом, неосторожными, как полагает сам осужденный, также не имеется. Как правильно установил суд, был конфликт, и, несмотря на то, что осужденного К. пытались удержать, он, тем не менее, нанес удар ножом М., после чего пытался скрыться с места преступления.

При таких данных суд правильно квалифицировал действия осужденного К. ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего. А потому с доводами осужденного о переквалификации его действий на ч. 1 ст. 109 УК РФ согласиться нельзя.

Доводы осужденного о том, что
суд не допросил в качестве свидетеля П., не повлияли на законность и обоснованность приговора, поскольку в нем приведены доказательства, достаточные для постановления обвинительного приговора и для квалификации действий осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ. В протоколе судебного заседания отражено, что К. не возражал против окончания судебного следствия и не настаивал на допросе П..

Ссылка в жалобе на то, что суд не дал оценки тому обстоятельству, что свидетели были в нетрезвом состоянии и не могли правильно воспринимать происходящее, является несостоятельной, поскольку данных о том, что свидетели давали показания в нетрезвом состоянии, в материалах дела не имеется. Кроме того, в основу приговора положены не только показания свидетелей, которые пришли в трактир вместе с М., но и показания Ю., Ш. и Б., которые не относились ни к группе лиц со стороны потерпевшего, ни к группе лиц со стороны осужденного. И показания всех свидетелей каждого в отдельности судом оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные по делу доказательства получили оценку в совокупности.

Оснований сомневаться в достоверности показаний свидетелей у суда не имелось, поскольку в них не содержится противоречий, и они дополняют друг друга.

Вместе с тем, приговор суда и кассационное определение подлежат изменению по следующим основаниям.

Судебная коллегия смягчила К. наказание, назначенное
в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, с 9 лет лишения свободы до 8 лет 1 месяца лишения свободы, мотивируя тем, что в резолютивной части приговора суд указал о применении принципа частичного присоединения не отбытого наказания по приговору суда от 16 октября 2002 года, однако, назначив 9 лет лишения свободы, фактически применил принцип полного присоединения наказания, поскольку по первому приговору суда от 16 октября 2002 года ему было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год, по второму приговору суда от 29 декабря 2003 года ему было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет.

Однако, соглашаясь с судом первой инстанции о назначении К. по ч. 4 ст. 111 УК РФ 8 лет лишения свободы, судебная коллегия не учла следующие обстоятельства.

В соответствии с ч. 5 ст. 18 УК РФ во взаимосвязи с ч. 1 ст. 63, ч. 1 ст. 68 УК РФ при назначении наказания учитывается рецидив преступлений.

Как видно из приговора суда, суд признал отягчающим обстоятельством рецидив преступлений и учел его при назначении наказания по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам пришла к правильному выводу о том, что в соответствии с ч. 4 ст. 18 УК РФ в редакции от
8 декабря 2003 года при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным, если условное осуждение не отменялось и лицо не направлялось для отбывания наказания в места лишения свободы, а потому правомерно, ссылаясь на ст. 10 УК РФ, исключила из приговора указание суда о совершении К. преступления при рецидиве преступлений.

Однако срок наказания, назначенный с учетом рецидива преступлений, оставил без изменения и не обсудил вопрос о его смягчении.

При таких данных президиум считает возможным смягчить назначенное К. наказание, соблюдая принципы его соразмерности и справедливости.

Кроме того, как видно из материалов дела, К. был осужден по приговору Железнодорожного районного суда г. Новосибирска от 16 октября 2002 года по ч. 1 ст. 228 УК РФ за незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства героин массой 0,011 гр. в крупном размере. За данное преступление ему было назначено лишение свободы сроком на 1 год с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 1 год.

Однако Постановлением Правительства РФ от 6 мая 2004 года N 231, вступившего в силу с 12 мая 2004 года, то есть после вынесения судебных решений, крупный размер для наркотического средства героин установлен 1 гр., а особо крупный размер 5 гр.

Таким образом, деяние, за совершение
которого был осужден К. по приговору суда от 16 октября 2002 года, декриминализировано.

А потому президиум считает необходимым исключить из приговора указание суда на судимость от 16 октября 2002 года и об отмене в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условного осуждения, о назначении К. наказания в соответствии со ст. 70 УК РФ.

В остальной части приговор суда и кассационное определение подлежат оставлению без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 407, 408 УПК РФ, президиум

постановил:

надзорные жалобы осужденного К. частично удовлетворить.

Приговор Кировского районного суда г. Новосибирска от 29 декабря 2003 года, кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 16 февраля 2004 года в отношении К. изменить:

смягчить наказание, назначенное по ч. 4 ст. 111 УК РФ, до 7 лет 10 месяцев лишения свободы;

исключить указание суда на судимость по приговору Железнодорожного районного суда г. Новосибирска от 16 октября 2002 года;

исключить указание суда об отмене в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условного осуждения по приговору суда от 16 октября 2002 года и о назначении наказания в соответствии со ст. 70 УК РФ.

Считать К. осужденным по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 7 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части судебные решения оставить без изменения.